И жили они долго и счастливо...

Фэнтези || Светоч жизни

Глава 32. В никуда


Это было не слишком благоразумно: уходить раненой, буквально в никуда. Но Арина была, пожалуй, слишком благородной. Ей не приходило в голову, что порой стоит позаботиться о себе и только потом о других. Всё, что пришло – надо уходить, надо убегать, пока не случилось самого страшного. Пока «в гости» к Мельнику и Лиде не пришли убийцы.

В отличие от многих других, Ринго хорошо знала, что первая-вторая, да даже третья волна таких гостей, останется прахом на пороге мельницы. А ещё она знала, что вслед за провальными убийцами придут те, у кого гораздо больше шансов. И вот с ними Арина никому не пожелала бы встретиться.

Даже (или, может, и особенно) Маэстро.

В любой другой ситуации подобные раны Ринго, «пятая по силе», залечила бы пусть и не мгновенно, но достаточно быстро. И уж точно ей не пришлось бы убегать подобно раненому зверю, загоняемому на красные флажки.

Да, что там говорить! В другой ситуации, может, и не нашлось бы никого, кто смог бы так ранить Ринго! Текущая ситуация была очень, очень, очень особенная. Дело было в том, что раны на теле девушки были не её. Раны принадлежали Маэстро.

Это можно было объяснить, но Ринго не хотела вспоминать, не хотела думать обо всём, что случилось. Было слишком больно: и физически, и морально.

Арина хорошо знала, то, что она провела несколько дней на мельнице, выиграло время, но проблемы никуда не делись. Ни её, ни других, кто оказался вовлечен во всю эту паршивую историю.

Главной же проблемой среди всего случившегося было то, что искать помощи было не у кого.

Ринго теперь без труда заглядывала в будущее, только очень немногие, и она сама, к сожалению, в том числе, оставались непроницаемыми для взгляда мощного экстрасенса. Будущее тех, кто мог бы помочь, покрывалось могильным саваном сразу же, как только девушка к ним прикасалась. Она несла с собой только смерть.

И всё, что оставалось Арине - бежать.

Маленькую квартирку рядом с зоной полнейшего «покоя», зоной неприченения вреда, она не покупала сама. Пару лет назад отдала сумку с деньгами, а в обмен получила ключи и паспорт со своей фотографией на чужое имя.

Нарушение человеческого законодательства, безусловно, но на тот момент это было наименее важным. Оно и сейчас было не самым важным. Арине просто нужно было отлежаться. Хотя бы ещё сутки. Хотя бы ещё немного...

Предвидение послушно подсказало, что будущее квартиры было не слишком радужным. Давать беглянке время, чтобы оправиться, никто не собирался. Квартиру уже нашли. Восемь часов, и на пороге появятся те, кому вменили найти и схватить.

Причинять смертельный вред было категорически запрещено, но «воспитать хамку, вмешавшуюся» собирались все три отряда.

Кровь снова побежала по телу. Раны открылись.

И хоть они были чужими - менее болезненными и выматывающими от этого они не становились.

По сути, разница была только в том, как эти раны были получены. Ранили не Ринго, она получила весь этот набор «удовольствия» за один заход, за один перенос. Но болело всё теперь у неё, мучило это всё тоже её.

И страшно было именно ей...

Больше не было верных напарников, которые пусть и глушили развитие дара «пятой по силе», но временами искренне её защищали.

Арина сглотнула и тут же закашлялась. Россыпь алых капелек осталась на ладонях. Нужно было немедленно отдохнуть.

Маэстро снова нашли.

Нет, за него Ринго абсолютно не переживала. Этот могущественный мудак мог сколько угодно строить из себя безопасную милую няшку, а по сути являлся той ещё тварью.

То, как его убивали все эти дни - представителя легиона древних! - могло его только посмешить и поцарапать. Проблема была в другом. То, что для Маэстро было всего лишь мелочью, для Арины могло стать той самой соломинкой, которая сломала хребет верблюда.

Не самая приятная и желанная перспектива.

Надо было отдохнуть, как можно быстрее. Поэтому не было времени на глубокое погружение и познание будущего. Арина сделала самое простое из того, что было ей сейчас доступно: купила пачку муки и всю её раструсила по комнате.

Посмотрела на белое поле вокруг единственного предмета мебели во всей квартире - дивана, потянула коленки к груди, подумала, что главное не перевернуть бутылку с водой, и отключилась.

Перед глазами мелькали образы, разные люди и нелюди, смотрящие на Ринго с укором. Они любили, уважали, ценили «ученицу Анклава», а что делать со стервозной дрянью, «любовницей Маэстро», не знали, и покидали её жизнь.

Один за другим, один за другим.

Оставались только те, кто ненавидели её изначально, и кому не было никакого дела до метаморфоз Арины Яблочной.

Только одни глаза среди всех смотрели с болью и пониманием. Эти глаза знали много, много больше, чем кто-либо ещё.

Но даже этим глазам нельзя было всё рассказать...

Тело болело.

Болели раны физические, болела тончайшая эфирная оболочка. Боль была не то чтобы смертельной, она была терпимой. Но она была постоянной. Настолько, что Арина начала уже к ней привыкать. В конце концов, теперь болело только тело, а ранена она была в самое сердце задолго до того, как началась вся эта любовная история с Маэстро.

Наверное, в тот самый момент, когда Арина, переведённая в отдел аналитики, узнала, что отдел, который был создан для её прикрытия, расформирован не был. Он был укомплектован в кратчайшие сроки первыми парнями на деревне.

То, что в состав этой группы вошёл Марат, Ринго не удивило, она знала об этом заранее. Как и то, что он надолго не задержится. Вернётся обратно в свой отряд, уже на правильное место.

Но вот ещё двое стали для девушки более чем пугающим сюрпризом.

Пятый...

Что Пётр Михайлович забыл в ОСПБ, было непонятно, а Арина, очевидно, увидеть его будущее не могла, слишком он был силён.

Третьим членом группы захвата стал человек, которого Ринго даже в самых страшных кошмарах не смогла бы себе представить на этом месте.

На работу в отдел захвата пришёл... Гробовщик.

Зачем это надо было Кондратию Степановичу, вопросом было не меньшим.

К счастью, располагались отделы далеко друг от друга, в своей работе пересекались опосредованно и можно было выдохнуть. Благо Арина с самого начала отговорилась от любой работы, связанной с Анклавом простыми словами: «я не вижу никого из них, ни одного».

К началу работы на аналитиков это было ложью частичной - Титанию-то Арина видела! Потом количество правды в этих словах осталось постольку поскольку.

Девушка не видела только Гробовщика и, очевидно, Пятого.

Силы у него не становились меньше, и человеком, по причине ощущения вины, он становиться пока не желал. Собирался исправить то, что сотворил.

Арине обидно не было, ладно, нет. Было.

Из-за желания одного человека была устроена почти вековая катавасия, в результате которой выяснилось, что у того, кого собирались одарить милостью, поменялись планы и желание.

Погибли люди, полуночники, были искалечены судьбы, жизни... А в результате пшик.

И не в последнюю очередь из-за вмешавшейся Арины, которой ставили палки в колёса, ставили, но так с этим и не справились.

Потом она не мстила, нет, Ринго чётко придерживалась собственного плана и намерения - держаться подальше от Анклава и сделать так, чтобы её имя перестали связывать с четырьмя сильнейшими.

Для этого пришлось стать любовницей Маэстро, и... фиг с ним. Ненавистный нелюдь оказался достаточно удобной ширмой.

И как в минуту редкого откровения проговорился мужчина, Арина была первой, кто посмел не просто цинично им прикрываться, а использовать! Предварительно поставив в известность о планируемых действиях.

Журналисты спалили любовников примерно через год после того, как вся та история была закончена. С Пятым, его «спасением» и спасением Ксении.

Спалили по абсолютной глупости. Накладка в планах привела к встрече в непроверенном месте. Вместо проверенного человека их обслуживала очень болтливая горничная, и понеслось.

Неудобные вопросы в лицо, шепотки за спиной, и, в конце концов, сердитый Маэстро:

- Да, мы встречаемся. Не пора ли прекратить мусолить эту тему и перейти на что-то более интересное?

Досужие сплетники так не думали.

У них была невероятно интересная игрушка. Естественно, и речи не могло идти о том, чтобы поменять центральный предмет разговоров.

Обсуждали всё, судачили о самых невероятных, зачастую очень даже интимных деталях.

Приписывали роману самые невероятные повороты.

Потом начали заключать ставки... Когда они расстанутся? Тем более что пара из них была настолько некрасивая что ли. Не гармоничные, не естественные. Злые языки поговаривали, что Ринго с Маэстро спит, чтобы что-то получить.

Злые языки многого не знали...

В себя Ринго за восемь часов приходила трижды. Выпивала ещё немного воды и снова отключалась. В этот раз не бродила вне своего тела, а активно себя восстанавливала.

Арина умудрилась ещё сберечь какие-то крупицы «наследства» родительских родов, почти ничего не потеряла от изначального уровня. Но, как когда-то она знала, что лич ещё вернётся и что за вторую жизнь придётся расплатиться, точно так же в этот раз она знала, что однажды у неё останется только пограничная суть. Та магия, что лежала на стыке между полуночным и инфернальным, что считалась чисто человеческой - астральная ветка: прошлое, будущее, путешествия вне тела. И, самое главное, её собственное познание.

Девушка отдавала себе отчёт, что если так сложится, то она будет беззащитна перед любым, кто преодолеет её астральную силу. Вместе с тем, было и ощущение, что чего-то она не знает, не понимает, упускает из вида.

К тому моменту, как на квартиру нагрянули незваные гости, Арины там уже не было. Сев на первый попавшийся поезд, она уезжала на юг. Дальше от серых коробок городов, ближе к морю. Туда, где девушку, до сих пор не видящую собственного будущего ждала полезная встреча, если она сможет до неё дожить...

Шансы на это у неё увеличились. Преследователи в квартире не нашли ни единой капли крови, по которым вычисляли беглянку раньше. Зато нашли очень даже человеческую растяжку и совершенно потрясающий взрыв...

Олесь Русланович хорошо знал, кому принадлежит квартира в небольшом подмосковном городке. Поэтому когда ему доложили о взрыве там, он затребовал срочную информацию о жертвах. А когда выяснил, что среди погибших там не было молодой девушки, спрятал дело под сукно. Он хорошо знал, что его подчиненную сейчас гоняют, но открыто ничем не мог ей помочь. И самое страшное - совсем не потому, что сил бы не хватило. Совсем наоборот, сил у начальника ОСПБ было много, особенно, с учётом того, кем он был по своему происхождению.

К сожалению, помощь извне сейчас могла не помочь, а только нешуточно навредить... Поэтому приходилось сцепить зубы и ждать... Ответов, знаков, слов, распоряжений, удачи, рапортов. И отчаянно бояться, что однажды в таком рапорте всплывёт смерть Арины Яблочной.

Размышления начальника прервал тихий голос из селектора:

- Олесь Русланович, к вам тут... из отдела захвата... весь отдел в полном составе, примете?

- Давай, - мужчина устало потёр лоб, подумал о том, что ему необходим отпуск, и поднял взгляд на входящих подчиненных, в который раз подумав, что это просто насмешка. Гробовщик и Пятый у него в подчинении. Как же, как же. Ждут старые интриганы чего-то. Только один Марат и пришёл работать сюда действительно, сказав, что устал убивать. Хотя на деле просто устал видеть, как умирают товарищи. Последней каплей стало предательство его начальника, того, кого он считал другом. С кем прошёл огонь, воду и медные трубы...

- Олесь Русланович, - начал добродушно Кондрат Степанович, - а отпустите старичков в отпуск? Косточки старые размять?

Мрачно подумав, что начало уже не вдохновляет, мужчина показал на стулья у стола для совещаний и пересел туда сам.

Посмотрел на подчиненных тоскливо и начал ставить магические защиты.

Один, второй, пятый слой...

Остановился хозяин кабинета только после того, как от болезненных ощущений начал морщиться уже Гробовщик. Что, соответственно значило, что щиты достаточно надежны, раз уж отсекли межмировые эманации смерти.

- Давайте откровенно? - предложил Олесь Русланович. - Вы вознамерились мчаться на помощь Ринго, прочитав в закрытых документах, что она в нешуточной беде?

«Старички» переглянулись, хмыкнули и... свалили всё на Марата. Силовик только досадливо поморщился:

- Нашли крайнего. Они - хотят, я - нет.

Подглянув в какую-то бумажку перед собой, начальник заботливо спросил:

- Ты всё ещё считаешь, что Ринго могла сообразить, кто некромант - раньше? И тебе не пришлось бы видеть, как на твоих глазах практически кумир оказывается тварью, за которой вы охотились столько времени? И из-за которого полегли отличные ребята?

Марат содрогнулся, а Олесь Русланович уже без шпаргалки, совершенно чётко и спокойно сказал:

- Внука уважаемого Кондратия Степановича знаешь?

Гробовщик в изумлении (куда это повернулся разговор) воззрился на начальника.

- Знаю, - не меньше удивился Марат. - Давно не встречались, правда, но знаю.

- Продолжим. Может ли сильнейший провидец из штатной команды его увидеть?

- Смеётесь? У него силища немеряная!

- Так, хорошо. Провидцев же ты не упрекаешь, что они смеют не видеть Некра?

- В чём их... - Марат осёкся.

Пятый улыбался, снисходительно-кровожадно, а вот Гробовщик наоборот встревожился. Упоминание внука в контексте всплывшего разговора ему категорически не понравилось.

- В чём их вина, правда? Ни в чём. Просто есть сила, возможность, желание, и они далеко не всегда совпадают. На тот момент Ринго была слабее, слышишь, Марат? Слабее самого слабого нашего провидца, а некромант - сильнее Ливия, пусть и не многократно. Продолжим. Я не отпущу вас троих никуда. И даже не буду извиняться за это.

- Олесь Русланович, - Гробовщик вытащил из кармана статуэтку чёрного волчонка, посмотрел на неё задумчиво. - Потешьте старика, сдаётся мне, ведали вы, что придём мы сегодня.

- Знал, Кондрат Степанович, знал. Ринго предупредила. Как и то, что нужно клятву с вас взять сейчас в этом кабинете, что вы не помчитесь её спасать.

- Почему? - Пятый смотрел укоризненно, - ребёнку нешуточная опасность грозит. Почему нам помочь ей не велено?

- Она сказала, что количество похорон, на которые насмотрелась в видениях, её нисколько не порадовало. И если у кого-то есть желание самоубиться, то пусть желающий делает это не за её счёт.

Марат вскипел мгновенно, желчно спросил:

- Она даже не входит в пятерку сильнейших. За ней не отправят кого-то, с кем мы не смогли бы справиться!

Олесь Русланович хмыкнул.

А вот Гробовщик молчать и не подумал:

- Маратик, вроде и умный же ты мальчик, но по голове на работе тебе слишком часто попадало.

В глазах мужчины мелькнула нешуточная обида.

- За что вы так меня, Кондратий Степанович?

- За то, что не думаешь своей головой светлой, - пояснил ему уже Пётр Михайлович. - Про меня считанные единицы знают, так что Арина, как минимум, в пятёрку входит по мнению толпы. А если спросить экспертов по миру тонкому, то они тебе, парень, другое скажут. Что за внешностью этой невзрачной девочки прячется сила третьей среди всех полуночных экстрасенсов. Только ваш покорный слуга и Кондрат посильнее девочки будут. Развитие же её дара ещё продолжаться будет, раз до сих пор у неё и целительские способности присутствуют, и атаковать, защищаться она, по-прежнему, может. Олесь Русланович, что на самом деле послужило причиной того, что нам нельзя на помощь девочке отправиться? Или там светлый род тоже решил присоединиться?

- Не в бровь, а в глаз... Да, Пётр Михайлович. Но да, вы правы. Светлые решили воспользоваться моментом и начать гонять Арину. Естественно, для неё - это даже не проблема. Беда в другом. И это та причина, по которой она категорично не хотела, чтобы кто-то вмешался. Свита древних. Не сами древние, к счастью, всего лишь свита, но вам - не выжить.

- Даже мне? - нахмурился Пятый.

- Пётр Михайлович, давайте откровенно? Вы слишком давно отошли от дел, вы никогда не были боевым магом. Задатки - есть, нет знаний и навыков, а вместе с этим и шансов тоже никаких. Поэтому и нельзя вам вмешиваться.

- Олесь Русланович, - Марат, скрипнув зубами, смотрел в стол. - Но её же убьют.

Начальник пожал плечами и юлить не стал:

- Вероятность подобного исхода чрезвычайно высока. Но вы трое ситуацию можете только усугубить, - и, спрятав улыбку в уголках губ, повторил: - вы трое. Так что приносите мне клятву невмешательства и возвращайтесь заниматься делами. Их много, а скоро будет ещё больше.

Подчиненные ненадолго застыли, потом переглянулись, каждый скороговоркой протараторил клятву, и все они покинули кабинет.

Олесь Русланович смотрел им вслед с тоской.

Да, эти трое не вмешаются, вмешаются те, кого они об этом попросят. Но успеет ли помощь вовремя? И не подпишет ли эта просьба приговор кому-то ещё?

Или поймут умные ребята, что для живых любая помощь Арине и вообще вмешательство в это дело приведёт только к смерти.

Она когда сидела в кабинете не плакала, смотрела мертвым взглядом, записывая заявление на бессрочный отпуск по собственному желанию. Потребовал, чтобы заявление она написала, Маэстро. И этот тип сидел вместе с ней в кабинете Олеся Руслановича.

Начальник ОСПБ знал больше, чем окружающие, но даже его знания не помогли ему предусмотреть подобное развитие событий.

Он хорошо знал, что Маэстро - представитель легиона древних. В отличие от многих других, он был в курсе о том, что прибыл этот конкретно древний для того, чтобы стать демоном.

Они даже были в некотором роде друзьями, насколько бессмертное могущественнейшее создание может дружить с тем, кому отмеряна лишь песчинка по сравнению с океаном его жизни. Но Маэстро говорил неоднократно, что бессмертность его чисто теоретическая, а тот, кто его убить сможет, появиться может в любой момент.

Порой мужчине хотелось спросить, не винит ли Маэстро ту рыжеволосую слепую ведьму, которую снял с костра инквизиторского.

Не винит ли он её за то, что задержался в этом мире куда больше, чем хотел, став, впервые, отцом...

Олесь Русланович (что неизменно его смешило) был очень давним потомком Маэстро. Поэтому он знал и его дочь, помогал Маэстро, когда мать малышки умерла. Но был слишком далеко, чтобы помочь любимой пичуге не сгореть...

- Прошу, простите, - тупо повторил он, - я не ослышался?

- Нет, - Маэстро перелистнул страницы документа, прихваченного с собой. Даже ради Ринго он не собирался выбиваться из рабочего графика. - Ты не ослышался. Моя грёбаная семейка решила, что то, что я больше не могу стать демоном и не желаю возвращаться обратно, не значит, что меня невозможно...

- Использовать, - подсказала Ринго равнодушно, - не стоит, милый, говорить то, что на самом деле тебе пришло в голову, хотя это слово что в прямом смысле верно, что в переносном. Короче, невеста от его семьи прибывает в ближайшие дни, недели, месяцы. Цели выйти замуж за него, у неё нет. Но есть цель залететь. Собственно, мне надо исчезнуть по трём причинам. Во-первых, чтобы мною нельзя было шантажировать Маэстро. Во-вторых, чтобы, решив, что я помеха, не убили уже меня. Наконец, просто, чтобы не подставить. Всё, что известно о прибывающей, что она просто невероятный метаморф. Да, можно решить, что это знакомый человек, а потом обнаружить, что, увы, неправильно. Рядом не тот, кто казалось бы. Поэтому я и покидаю город.

- Почему не принять помощь? - продолжил недоумевать начальник.

- Светлый род. С удовольствием воспользуются ситуацией. Не хочу никого подставлять. За те несколько дней, что пыталась понять, что делать, в непроизвольных видениях, я видела двадцать девять смертей. Ни одну из них я не хочу увидеть в действительности.

- Себя ты не видишь по-прежнему?

- К сожалению, - согласилась мрачно Арина.

Да, до сих пор не видела. Только знали об этом считанные единицы.

- Я могу помочь... - начал было Олесь Русланович и осекся. - Я тоже под могильным саваном?

- Да. А когда я начала искать намеренно тех, кто мог бы помочь и при этом выжить... окольными путями я поняла, что помощь мне убьёт даже Гробовщика и Пятого.

- А твои бывшие... Напарники?

Ринго кивнула:

- Я даже свою гордость на задний план отодвинула. Это подпишет им приговор. Я, конечно, обижена. Но не настолько, чтобы желать им смерти. Так что... принимайте заявление, начальник. Да я пойду собирать вещи.

- Куда ты?

- Куда глаза глядят. Сяду на первый ближайший транспорт. А там видно будет.

- Лесь, не грузись, - заговорил по-человечески Маэстро, - я же её не брошу. Мне доставят артефакт, чтоб вовремя отыскать обманку, и я найду Ринго. Пару дней она побегать от убийц очень даже сможет.

- Если только за ней не отправится подобный тебе.

- Не отправится, она не настолько раздражающая помеха, и не настолько опасна.

- Всё может измениться в считанные секунды, - ещё попробовал достучаться Олесь Русланович до пращура, но, увы, услышан так и не был.

- Всё будет в порядке, - отмахнулся Маэстро, уводя Ринго с собой.

Но прав был начальник ОСПБ. Ситуация была слишком нестабильна, в ней было слишком много переменных, и некто на одну уравнение решил сократить.

Не прошло и пары дней страшного затишья, как буря грянула.

Сразу несколько адресатов получили одно и то же сообщение.

Переломалась пополам ручка...

Раскатилась каскадом стеклянных осколков кружка...

Опрокинулся горячий кофе на руку...

Звякнули, натягиваясь, цепи...

Брызнула раскаленными пластмассовыми брызгами трубка телефона...

Переспрашивающие голоса были полны самых разнообразных эмоций. Только спокойных и равнодушных не было. И вопрос был задан только один на всех, общий, хоть и отличались вопрошающие кардинально:

- Беременна?!

И отвечающий не отказал себе в удовольствии, отозвался ехидно каждому:

- Естественно, не святым же духом надуло!

... И положил трубку...

⇜ Предыдущая глава

Комментарии

Copyright (c) Шалюкова Олеся Сергеевна. 2013 - 2021