И жили они долго и счастливо...

Фэнтези || Лютый мир. Проброс

Глава 17. Второй страж


Святилище, в котором было спрятано тело будущего стража Маттайи, было обустроено человеком (или нечеловеком) с очень специфичным чувством юмора.

Всю «обстановку» в этом месте составили фигуры гаргулий и людей (видимо, всё те же гаргулии в обороте). На этих статуях можно было посидеть, полежать, опереться на них – но выглядело поголовно это очень неприлично… А уж статуи рядом с огромным гробом эту самую неприличность явно декларировали и прославляли.

Гера с умным видом пошла к гробу, напевая фривольную песенку.

– Мастер, потом налюбуешься, можешь даже пообниматься.

Матти фыркнула.

– Твоих рук дело?

– Нет, я же не скульптор! – открестилась лич, устраиваясь на руках одной из статуй, погладила лицо изображенной гаргульи. – Действуй, Мастер, давай. Несколько капель крови на углубление в центре, а потом – зов.

– Кхм… ну, ладно… - Матти кивнула, приступая к призыву души, спящей в саркофаге. Обычно ритуал длился и длился, душа далеко не всегда снисходила до общения с призывателем. Сонная, хмарная, душная… Приятного в зове было мало. Но в этот раз всё пошло не как обычно. Против обыкновения ответ пришёл мгновенно.

Совершенно не сонный голос ровно спросил:

– Кто меня зовёт?

И голос звучал одновременно и в святилище, и в голове некромантки.

– Скажи, что от меня, – посоветовала Гера негромко.

– Меня зовут Маттайя. Герида привела меня…

– Сказать, что хватит тебе спать, засоня крылатая, – чуточку нервно пробормотала нежить себе под нос. Этого некромантка передавать уже не стала.

– Герида… – в голосе на мгновение наряду с сосредоточенностью мелькнуло неверие и попытка вспомнить… – А кто она?

– Твой друг. Та, кого ты просила позаботиться о своем сне… и мой друг… – под одобрительный кивок лича ответила Матти.

Гроб остался стоять, где стоял. Одна из статуй около гроба, оплетенная страстными руками, разделилась, и на пол шагнула довольно миниатюрная девушка. С чашкой кофе в руках, тоненьком пенсне на носу, и огроменным палашом за спиной.

Растрепанные короткие волосы стояли дыбом настолько, что возникал вопрос не висела ли девушка вверх ногами, веков так несколько.

Но от кружки поднимался парок. Палаш едва уловимо светился, а от самой… хозяйки святилища шла дикая волна силы, силы невероятно могущественного паладина.

– Привет, засоня! – Гера прямо со статуи протянула руки к проснувшейся.

Матти пока не шевелилась, с интересом рассматривая хозяйку святилища. Пока еще был риск, что пробужденный дух ее тут и зарубить попытается.

И тут же за единое мгновение паладин оказалась на противоположном конце святилища, сцапанную Геру безжалостно заобнимали, крутя в руках как котенка, и то ужасаясь, то восхищаясь произошедшим с ней изменениям. Лич смеялась и иногда недовольно взвякивала.

– Я же не котенок! Успеешь еще натискаться! – давясь смехом, проговорила Гера, попытавшись пригладить волосы проснувшейся, но быстро махнув на это рукой. – Где вообще твои манеры, засоня, хоть бы поздоровалась с сородичем! – взяв паладина за щечки, лич повернула ее голову к ошалевшей Матти. – И не вздумай ее обижать! – почти неслышно шепнула старой подруге Герида.

Отпустив лича, хозяйка обители шагнула к Маттайе, всмотрелась, изучая, а потом присвистнула:

– Вторым стражем меня что ли?

– Да. Моих силенок не хватает, у Мастера настоящая заноза промеж крыльев. Если влипает, так сразу по полной.

Матти чуть насупилась:

– Если согласишься… И вовсе не заноза!

– Не заноза, а сразу меч? – хмыкнула весело паладин.

– Тогда уж два, – буркнула Матти.

– Когда два, я вообще спать могу, там только брызги летят, – сдала хозяйку лич. – А вот когда нету – тогда заноза.

– Хм… Одиночка? Или команда есть?

– Есть. Но они не всегда рядом… А, даже если рядом, тошно быть обузой, способной только лечить.

На последней фразе в глазах Матти появился вызов, а Гера скрипнула зубами.

– Лечить? Некромантка-целительница???

– В этой форме.

– А в другой?

– Смени ипостась, – просто сказала Герида, и Матти сменила. Распахнулись кожистые крылья, в руки скользнули парные мечи, от которых разлилась аура жажды крови и смертей, повеяло слабым ощущением неактивной пока ярости берсерка с тонкой ноткой силы некроманта.

– Как интересно! – расцвела в яркой улыбке паладин. – Давненько подобного сочетания не видела. Но зачем понадобился вдруг второй страж? Да ещё и настолько неправильный для некро, как паладин?

Гера на миг встретилась взглядом со вновь ставшей человеком хозяйкой, дождалась кивка. Затем подошла и обняла подругу, коснулась лбом её затылка, делясь кусочками воспоминаний. На этот раз сразу реакции не последовала, паладин думала и оценивала. И вряд ли Матти догадывалась, что прошла уже своими ответами пять проверок – больше, чем кто-либо ещё за всё время нежизни паладина.

Матти же стояла и спокойно ждала решения пробуждённой девушки, имени которой даже не знала.

– Тессайрен, – паладин неожиданно протянула Маттайе руку. – Родители когда-то уготовили мне жреческое будущее, поэтому моё имя состоит как бы из нескольких смысловых частей. Мой бог называл меня Тесса, что значит «нежная», остальных за попытку так меня назвать – я убивала. Сай – означает стремительная. Рен – мучительная неотвратимая смерть от очень неприятного проклятия под названием «Айрен». Больше известного, как чернильная гниль. Сайрен – ленивая. Те, кто со мной связывались, если выживали после этого, называли или безумной тварью, или ленивой скотиной. Можешь выбрать любое имя из ребуса слогов, и мы попробуем с тобой сработаться. У тебя лучшие рекомендации из существующих и на тебе уникальный баф. Так что мне поистине интересно.

– Сайрен, откуда столько пафоса? – тихонько хохотнула Гера.

– Я рада буду такому опыту, Сай… надеюсь, мы сработаемся.

– Буду на это надеяться.

Сайрен тряхнула активно руку Матти, выпустила, и тут же уже Маттайя оказалась в центре затискивательных действий. Правда, долго тискать своего нового Мастера паладин не стала, отпустила, улыбаясь, потянулась и весело спросила:

– Как насчёт вечеринки? Я бы не отказалась от приветственного заздравного кубка.

– Положительно. Пойдем отсюда, нам надо еще забрать котейку, вернуться домой и подготовиться. У тебя есть предпочтения в том, что есть/пить? – улыбнулась Матти новому стражу, ощущая, как начинает выстраиваться тончайшая линия связи между ними.

Гера же усмехнулась и вернулась в трубу тайного спуска.

– Поехали наверх, девочки… от кубка я бы тоже не отказалась.

Дружный смех стал ей ответом, и троица покинула святилище.

Впрочем, они не заметили, что одна из статуй проводила их взглядом, закрыла глаза, запахнулась в крылья и… осыпалась невесомой каменной пылью. Еще частичка прошлого вернулась в Лютый мир…

…Вечеринку устраивали на территории Маттайи, в её доме. И помимо двух стражей хозяйки дома остальные разбежались и собирались вернуться или собраться немного позднее.

Первым прибыл Дэй с роскошным букетом цветов, ведром в виде тыквы со сладостями и улыбкой в тридцать два зуба.

– Прекрасная! – прильнул он губами к запястью Матти. – Рад видеть!

– Привет-привет, проказник! – погладила его по щеке Матти. – Давай, располагайся. Знакомить всех буду потом, чтобы не повторяться.

– Как скажешь, незабвенная. Кстати, шалость или сладости? – улыбнулся он ещё ярче.

Над головой Матти полыхнула яркая надпись:

Хэллоуин уже близко! Светлая сторона праздника – шалости или сладости! Пошалите или получите сладости! 0/10.

Усмехнувшись, некромантка залепила лицо барда пирожным… и поцеловала, слизнув с губ нежный крем.

Сладость зачлась! Шалость удалась! 1/10.

– Иди умываться, попрошайка, – шепнула Маттайя, подталкивая Дэя в дом… Бард только расплылся в улыбке и двинулся в ванную, благо знал, где она располагается.

Май, выглядывающая из-за угла, напружинила лапы, навелась на Маттайю и выбрала из консоли действия – Хэллоуин – шалость.

Прыгнув с радостным мявом, кошка хвостом подбила ноги Матти, уронила и уточнила:

– Шалость или сладость, мурррмяу?

– Сладость! – показала язык Матти, вручая проказнице карамельку на палочке.

Радостно мурлыкнув, кошка запустила клычки в леденец, аппетитно захрустела и взвякнула от цитрусовой карамели.

– Я принесла тортики. Правда, перестаралась, пока делала, и их… Ну… Всего шестнадцать. Мало!

– Это хорошо, всё съедим! Проходи, располагайся, Майчик.

– Спасибо, – кошка, дёрнув ушками, двинулась в дом, пролистывая список хэллоуинского квеста.

Ян появился последним, когда Матти уже успела вернуться в дом. И оказался единственным, кто не пытался ни разыграть, ни пошалить, а самой девушке на ее вопрос просто вручил кулек сладостей.

– Привет, Матти, – чуть-чуть улыбнулся он, обнимаясь с девушкой, а потом уступая обнимашки… Аире, которую привел с собой по просьбе некромантки.

И вместе они прошли в гостиную.

– Вот все и собрались… – протянула Матти. – Итак. Знакомьтесь, у нас пополнение – Тессайрен. Мой второй Страж и… надеюсь, со временем, друг. Пока же – подруга Геры… и сразу рекомендация одному вертихвосту – не вздумай обозвать ее Тессой!

Распинающаяся Матти не обратила внимания, что некоторые гости посмотрели на новенькую… словно узнавая ее.

– Тессайрен, – повторила задумчиво Май и что-то прочирикала.

Паладин, изогнув бровь, смерила кошку отчётливо недоуменным взглядом, но ответила на языке всем понятном:

– Да, та самая. Но откуда хвостатый ребёнок знает настолько древний мёртвый язык гаргулий?

– Книжки на нём больно интересные!

Паладин только головой покрутила:

– Удивляете, ребёнок, удивляете.

И уже Маттайе:

– Твоя стая, Мастер, невероятное нечто!

Ян переглянулся с Аирой. Об этой особе они оба были наслышаны… и начитаны.

– Паладин Тейвела, ставший немертвым Стражем некроманта… – негромко протянул Янкель Аире. – Я согласен с Тессайрен, наша стая – это нечто…

– Ну, а ты чего хотел? Какой вожак, такая и стая. Сам собрал такую Стаю, хозяин. Гордись.

– Горжусь…

Матти же улыбнулась своей новой защитнице.

– Мы своеобразны… но тем и сильны.

– А я говорила, что с ними не скучно будет, – ухмыльнулась Гера.

Дэй единственный ничего не сказал. Постоял, лениво разглядывая новую барышню в компании, а потом аккуратно исчез из комнаты. И разве что Янкель успел заметить, что вслед за бардом исчезла и верде

– Не понравилась? – спросила кошка, как ни в чём ни бывало, словно и не было всего того холода, которым бард её окутывал с самого начала.

Дэй, взглянув на неё равнодушно-прохладно, уточнил:

– Ты мне?

– Тебе, – смиренно кивнула кошка, не став говорить, что никого другого на балконе не видит.

– С чего вдруг такой вопрос, детка?

– Ты не стал рассыпать ей комплименты, более того, испугался, узнав её имя. Испугался на самом деле.

На этот раз Дэй даже не стал выпускать иголки, прищурился:

– Глазастая.

– Я кошка, мне положено.

– Что тебе ещё положено, кошечка?

– Запахи ощущать, хорошо ощущать. Ты был под щитом. А теперь от тебя пахнет смертью тех, кто ранил Матти.

Дэй молча смотрел на Май, маленькая губная гармошка на его шее словно бы укоризненно сверкнула.

– Я могу тебя сейчас убить. Понимаешь, кошка? Не посмотрю на то, что обязан тебе за жизнь Маттайи.

– Понимаю. Но хочу услышать ответ на свой вопрос. Что случилось с теми?

– Они все покинули игру, – ответил бард равнодушно. – Я их слил. Убивал столько раз, сколько потребовалось, чтобы они свалили.

– Теперь придут новые.

– Только одиночки, кошка. С которыми она справится. Гильдии не возьмут больше заказ на членов нашей стаи, об этом Янкель позаботился.

– Только он?

Бард не отреагировал, отвернулся, глядя в тёмный сад. Он знал, хорошо знал, кто такая новый страж Матти. И да, она ему не нравилась… Взглянув на часы, бард вздохнул и двинулся в дом, буркнув что не хочет терять время, скоро придется стремительно убегать…

Кошка осталась на балконе одна. Но ненадолго, её уединение нарушили сразу же.

– Сбежала в тишину, котенок? – Аира появилась на балконе настолько внезапно, что даже чуткий слух верде не смог сказать, когда она ступила за дверь. Впрочем, мало кто мог вообще сказать, что хоть раз слышал шаги дворецкого Янкеля.

– Скорее, немного подышать свежим воздухом, – вздохнула Нимье, в глазах кошки стояло странное выражение: не то она кому-то сочувствовала, не то кого-то жалела…

– Бывает и такое желание на веселых пирушках… О чем печалишься, если не секрет?

– О том, как обидно, когда внешнее и истинное в разладе, и показывать истину той, для кого она, ни в коем случае нельзя…

Аира понимающе улыбнулась.

– Да… Но, по сути, не многие могут похвастаться, что могут показывать свое истинное лицо кому-то, кроме своих жертв… и незнакомцев.

– Это печально…

– Такова жизнь… самых близких мы стараемся уберечь от себя настоящих куда больше, чем прочих. Страх потери слишком силен.

Верде грустно кивнула. Кошачьи коготки двигались, словно она почесывала кого-то невидимого.

– Больно за таких… И себя мучают, и других, а страх только крепнет…

Аирраэль чуть-чуть приподняла уголки губ.

– Да. Но иногда нужно рискнуть и открыться… порой реакция может изумить.

Нимье очень хотелось на это сказать, что да, может изумить, но куда чаще в худшую сторону. И больно от этого, и обидно. Но чувства человеческого мира уже отступили, уже прикрылись хмарным полотном, уже не было так больно. Поэтому она промолчала, а потом вдруг прыгнула к Аире с коварной улыбкой:

– Сладости или шалости?

– Сладости, – улыбнулась тёмная эльфийка, вручая кошке большой разноцветный леденец… самодельный! Просияв, как ребёнок, вместо подарка обнаруживший под ёлкой деда мороза, Май вцепилась в угощение сразу обеими лапами:

– Вкусно! Из чего оно?

– Семейный рецепт, – улыбнулась Аира, растрепав легонько волосы кошки. – Например, в рецепте есть фрукты из Садов Рассветных Слез, вино из Молочной росы… хотя главный секрет – делать с любовью надо.

Верде заинтересованно подёргала ушками, сладко облизывая леденец, и вдруг насторожилась, ушки кошки встали торчком, нервно дёрнулись:

– Ветер гарью пахнет. Сейчас оборотный квест начнётся, день мёртвых…

Аира кивнула, чуть поморщившись. День мертвых штукой был совсем неприятной. Если у тебя есть убежище – никаких проблем, веселись в веселые часы, прячься в кошмарные, и получай удовольствие… Если же спрятаться негде – фантомы выходят на охоту, на тебя.

Кошмары, против которых оружие бессильно, вполне могут доканать и абсолютного психопата (в психологическом смысле, не испытывающего эмоций).

К счастью, прятаться нужно было в сутки всего пару часов – с двух до четырех… и ночи, и дня. Но при этом убежищем мог выступать только дом. Забиться в норку или в мастерскую (если она не в доме) – не поможет. Комната в трактире – тоже, в гостях – тоже находиться бессмысленно.

Нужен был дом, где твои права – равны правам хозяина. Для Аиры это был дом Яна, и скоро им нужно было уходить с вечеринки, чтобы не стать жертвой фантомов…

Вынырнув с балкона в компанию, кошка дёрнула ушками и спросила:

– А есть желание у кого-то прогуляться завтра на корабле мертвецов до затонувшего Голландца?

– Есть! – подняла руку Матти.

Дэй, взглянув вначале на неё, потом на Сайрен и на кошку, кисло кивнул:

– Есть, там с минибоссов лут на интересную лютню падает.

Ян только головой качнул.

– У меня на завтра заказ. Если успею – догоню.

– Впятером? – уточнила Май.

Матти кивнула.

– Ага. Будем так развлекаться… Дэй, цени, прям в малиннике будешь. Одни дамы!

– Я же не медведь, прекрасная, – оскорбился бард, – тогда уж в цветнике, где каждая леди – свой цветок.

– Я тогда определённо репей, – хихикнула Нимье себе под нос, но Дэй услышал и… неожиданно возразил:

– Совсем нет. Скорее, фиалка из Сонной лощины, что у берегов болота Ширше, которые являются тайным ингредиентом туманного вина.

Хвост удивлённой кошки на мгновение дёрнулся.

Лёгкий колокольный звон услышал не только Дэй.

«С вами пребудет удача смущённой кошки! Плюс четыре процента к обаянию на двенадцать часов, и не забудьте посетить ближайшего специального кошачьего торговца. Не имея достаточного количества репутации, вы сможете купить редкие товары верде (не более двух за двенадцать часов)».

Матти невольно прыснула.

– В яблочко!

Даже Гера оценила, отсалютовав Дэю бокалом.

– Интересно, интересно, и часто так? – взглянула Сайрен на своего Мастера.

– Если ты про галантность Дэя – первый раз. Если про интересные бонусы Майчика – четвёртый, – поманила к себе кошку некромантка.

Покосившись встревоженно на Дэя, Нимье абсолютно по-кошачьи фыркнула и вдруг… исчезла, а на коленки к Матти полезла… Нет.

Не кошка, а какой-то другой, очень странный зверёк. Огромные ушки с кисточками, неимоверно пушистый хвост, махонькие крылышки. Создание было палево-рыжим, таким миниатюрным и совершенно невероятно пушистым!

Умилившаяся некромантка тут же сцапала зверька, устроила у себя на руках и принялась поглаживать и почёсывать. Матти была потеряна для общества.

Дэй покачал головой, хмыкнул, взглянул на часы и раскланялся с прекрасными дамами и вожаком стаи:

– На этом вас покину, хочу успеть завернуть в магазин и переписать мелодию. Под новые условия нужны другие слагаемые. Моё почтение.

И оставив после себя ощущение недоумения, а это точно был их бард, Дэйвидх исчез в телепорте, уходя «зовом дома».

– Нам, пожалуй, тоже пора…- протянул Ян. – Спасибо за чудный вечер, дамы… и рад был познакомиться.

Мужчина коснулся руны на телепорте и первым шагнул в портал. Аира задержалась, обнявшись с девушками, почесав зверёнка и шепнув что-то на ушко Сайрен.

Май умчалась последней, увидев время, сонный зверёк растявкался, определённо возмущаясь и жалуясь, и исчез с колен Матти.

– Интересное дитя, – заметила Сайрен, пыхнув ароматным дымком вытащенного кальяна.

– Ммм? – вопросительно посмотрела на неё Маттайя.

– Среди всех верде именно такой оборотный облик чрезвычайно редок. Ещё в ту пору, когда над ними было покровительство Девы… эти зверьки были чрезвычайно редки. А сейчас, насколько я понимаю ситуацию, и того подавно их быть не должно.

– Да уж, сейчас с божественным наследием совсем туго, – подала голос Гера, перехватывая у старой подруги мундштук кальяна и затягиваясь. – Про паладинов и таких оборотней – вообще молчу.

– Если так подумать, подобный облик я вижу впервые… – протянула Матти, перебирая в памяти виденных зверей и лично, и на форумных аватарах, изображениях. – Волков, псов, степных кошек – видела… но вот таких, нет, ни разу…

– Знаешь, кто это? Или может быть, Гера, ты должна была вроде бы видеть их?

– Храмовый зверь Лазурной Девы, – пожала плечами Гера. – Ещё бы я их не видела…

– А мне пояснить? – нахмурилась некромантка.

– Про Лазурную Деву вообще что-то знаешь? – Сайрен, потянувшись всем телом, прищёлкнула пальцами, разжигая ароматные сосновые чурки в камине, устроилась рядом.

– Богиня Верде, прославилась людоедством, за что ее свои же подданные и спровадили… в дым. Вроде всё…

– Всё… Хм. Ладно. Будем считать, что самое «актуальное», ты знаешь. Храмовые кошки – это было что-то вроде … «милой особенности» храма. Всё бы ничего, – Сай засмеялась. – Но, когда на храм нападали, а там было такое… Нет. Ладно. С другого. Итак, была одна такая богиня верде, Лазурная Дева, всем она была хороша и пригожа, но вот не любила прислужников. Только в гастрономическом смысле если. А ещё она любила хорошую драку. Ну, достаточно хорошую. Выражаясь на современный лад, она была роскошным рейд-боссом. Кстати, объясните потом, что это значит, ага? Так вот, чтобы прибить Деву – собиралась огромная толпа, при удачной попытке – они получали огромный сундук с кучей хлама, при неудачной – были, естественно, съедены. Падение в уровнях гарантировано, что называется. … Хм? – паладин застыла, пытаясь осознать, что это такое значит, потом плюнула, оставив на потом, и продолжила: – итак. Но у храма же должны быть какие-то уровни защиты? Они и были. Вот от «индивидуальных» дураков храм защищали вот такие киски. То, что мы видели – это было… «домашний» вариант. То есть то, как киска выглядела, когда дремала в своей корзинке, забиралась на статуи, ходила по крыльцу. И так далее. То есть всё безобидно и очень мило. Кошки скалировались под … Кхм. Простите. Кошки подстраивали свой уровень под тех, кто прибыл. Кому-то было достаточно, когда киска просто увеличивалась в размере, кратном уровню прибывшего. То есть, одно дело враг уровнем с телёнка, другое дело, когда кошка одним когтём просто в клочья рвала противника.

– Рейд-босс – существо, чьи параметры рассчитаны на одновременное противодействие отряду из ста двадцати противников определённого уровня, – пояснила Матти. – Причём нередко такие боссы намного сильнее, так что рейду приходится изрядно попотеть, чтобы справиться с таким противником. Но и награда соответственная… Но, если это храмовая кошка, то откуда у Май может быть такой оборотный облик?..

– Это вам виднее. Но эти баффы… Стоп! А это что такое?!

– Бафф – суть усиливающий персонажа эффект. Классификация там такая, что умом тронуться можно, но, если кратко, бывают временными, постоянными, активными, пассивными, наложенными кем-то, полученными от предметов, мест, событий, зелий или артефактов.

– Ага, – пробормотала Сайрен задумчиво. – Что-то вроде наших проклятий, благословений, разрушений, восхвалений и прочего. Ну, да ладно. Так вот, храмовые кошки могли это делать, а другие верде – нет. Другое дело, что стать храмовой кошкой никто не мог. Храмовой кошкой можно было только родиться.

– Ещё милее…

– Особенно учитывая, что никто из Двуживущих в нашем мире никогда не рождался, – хмыкнула Гера, выдыхая аккуратное колечко дыма.

– Никогда не рождался? – Сайрен вопросительно взглянула на Маттайю. – Но от тебя… идут эманации, как от местного жителя.

– И я, и Дэй, и Янкель, и Май… мы попали под такое явление, которое в нашем родном мире назвали «Проброс». Когда «виртуальный» мир поглощает сознание «игрока», и тот остаётся там навсегда. Не знаю, как Май, а я ушла сюда добровольно… сбежала, если быть точнее, в надежде на новую жизнь. Но мы никогда не рождались в этом мире. Просто расположились в устройстве из нашего, и создали себе эти тела. Они поначалу даже чувствуют все совсем иначе. Например, камешек в сапоге ты не ощущаешь, ты просто видишь иконку дебаффа. Штраф к скорости, здоровью, ловкости. И только попавшие под проброс ощущают дискомфорт или даже боль. Или, например, кровь противника на «игроке» сразу пропадает, а мы должны отмываться. И таких нюансов много. Просто мало кто обращает на них внимание, – пояснила Маттайя, укладываясь на ковер к камину, головой на бок дремлющей мантикоры.

– Как интересно, – пробормотала Сайрен. – А Спящие? Неужели они на вас не объявили охоту? Помнится мне, пару … кхм… ну, в общем, очень давно, ещё когда я жива была, а по нашему миру с удовольствием гуляли боги, Спящие очень любили изучать и потрошить гостей из другого мира. Особенно, когда они прибыли таким интересным образом.

– Нет их больше, ни одного не осталось, насколько я знаю, – опять подала голос Гера, Матти не поняла даже, о ком речь.

– Ещё интереснее! … Кажется, я проспала слишком долго… И… глядя на время, спать, действительно, не помешает отправиться. Особенно, с учётом того, куда собираемся на прогулку завтра. В здравом уме на затопленный Голландец! Авантюристы никогда не меняются!

– Да ладно, ничего страшного… Особенно если подтянется Ян, – хихикнула Маттайя, обнимая мантикору и заползая ей на спину. – Отвези меня в постельку, большая черепашка…

Ехидно фыркнув, зверь плавно, чтобы не скинуть хозяйку, встал и направился в сторону лестницы.

– Сладких снов, девочки… разбудите меня завтра… ну, Гера, ты знаешь…

Гера, уже устраивающаяся в медитативной позе, хмыкнула.

– Сладких снов, Мастер. И не свались со своей кошки, а то Сайрен уважать не будет такую падучую!

Сай помахала рукой вслед Мастеру, потянулась, расправляя крылья уже в форме гаргульи и, уменьшившись в десятки раз, устроилась маленькой статуэткой на каменной полке. Там всяко было теплее, удобнее и так хорошо…

Дом погрузился в сонную расслабленную тьму аккурат за пару минут до того, как началась обратная и довольно пугающая часть Хэллоуин – время парада мертвецов…

И никому не стоило под него попадать.

Во избежание…

⇱ Предыдущая глава || Следующая глава ⇲

Комментарии

Copyright (c) Шалюкова Олеся Сергеевна. 2013 - 2021